— Мадам, встаньте здесь, чтобы лучше видеть картину, — давая указания, Билл подтолкнул ее к одному из кожаных диванов, стоящему напротив картины.

Диван был с высокой спинкой, и Дебора автоматически оперлась на него руками, ища опоры. Голос Билла, как и раньше, раздавался из-за ее плеча.

— На первый взгляд сюжет произведения кажется очень простым. Но чем больше вы созерцаете картину, тем больше в ней видите.

Выдержанный в темно-зеленых и темно-синих тонах пейзаж представлял берег озера ночью. Маленький домик на вершине холма. Внизу, у самой кромки воды, белая лошадь. Тонкий серпик месяца, ни единой звездочки на небе.

Одиночество, подумала Дебора. Картина дышит одиночеством! Маленькие предметы поглощает огромное пустое бездушное пространство.

— В этом есть скрытые глубины, — прошептал Билл, обнимая ее за бедра. — Смотрите, моя золотая незнакомка. Я хочу, чтобы вы увидели их… — Билл нагнулся, привлекая ее к себе, и коленом раздвинул ноги. Легкое быстрое движение — и он вошел в нее. — И почувствовали их! — В его голосе прозвучало удовлетворение.

Дебора вцепилась в спинку дивана, инстинктивно пытаясь сохранить равновесие. Она была буквально потрясена тем, как Билл ловко подготовил все для «вторжения», однако и не думала негодовать. Ощущая некоторую боль от его большого члена, Дебора испытывала в то же время неземное блаженство. Это было великолепно!

— Сконцентрируйтесь на озере, — советовал Билл, ритмично двигаясь и почти касаясь губами ее уха. — На отражениях…

Так странно было видеть перед глазами темную картину беспросветного одиночества и одновременно чувствовать себя слитой воедино с мужчиной! Озеро было спокойным, ни одного движения на поверхности. Тогда как внутри нее бешеный водоворот эмоций сметал все на своем пути.

Да, она мечтала испытать нечто подобное. Но этого было мало! Деборе хотелось пробиться к сердцу человека, который когда-то был Билли.